Военная история

Страницы истории


Архив

На заметку

Почему наше государство не способно создавать перспективное вооружение

11.02.2011

Тема: Армия     

В последнее время руководство Минобороны России часто делает заявления о том, что предприятия оборонно-промышленного комплекса не способны создавать перспективное вооружение, военную и специальную технику (ВВСТ). В связи с этим Минобороны России вынуждено закупать ВВСТ за рубежом. Например, беспилотные летательные аппараты у Израиля, вертолетоносцы у Франции. Не все ладно и с бронетехникой, авиационным и морским вооружением.

Вместе с тем военные ученые и аналитики утверждают, что в обозримом будущем вооруженная борьба будет вестись по законам и правилам той стороны, которая в наибольшей степени подготовлена к реализации на практике самых передовых достижений в военной и технологической областях.

Что же такое произошло? Почему всегда наше государство было самодостаточно в разработке и производстве необходимого для Вооруженных сил и силовых структур вооружения, а теперь нет?

Ракетные комплексы наземных стратегических ядерных сил, поставленные на боевое дежурство 30 лет назад, и сегодня в полной мере соответствуют заданным тактико-техническим характеристикам. И это не голословное заявление, а подтверждается результатами ежегодно проводимых реальных пусков ракет в район боевого поля «Кура». Гарантийные сроки эксплуатации этих комплексов и систем перекрыты более чем в 2 раза.

УСПЕХ БЛАГОДАРЯ ПРОШЛОМУ

Высокое качество этого ВВСТ стало возможным благодаря успешно существовавшей несколько десятков лет системе создания вооружения, которая оттачивалась в ходе удач и неудач, в том числе, к сожалению, катастроф, ценой многих человеческих жизней разработчиков и испытателей ракетной техники.

Составными частями этой системы вооружения были профессионально подготовленные военпреды, которые нисколько не уступали в знании техники самим разработчикам, военные инженеры – испытатели на полигонах и космодромах, военные ученые, проходящие службу в научно-исследовательских учреждениях Минобороны (НИУ МО) и сопровождавшие весь процесс создания и отработки ВВСТ.

И самое главное звено в этой системе – это заказчик вооружения – специалист структуры государственного заказчика ВВСТ, который, используя потенциал военпредов, НИУ МО, специалистов и испытательною базу полигонов, космодромов, формировал тактико-технические требования, оценивая возможности оборонно-промышленного комплекса по их выполнению и при необходимости создавая в промышленности научно-технический задел, задавая выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИР, ОКР), создавал экспериментально-испытательную базу для этого вооружения на предприятиях промышленности, на полигонах и космодромах.

При таком подходе оборонно-промышленный комплекс, включающий в себя военную и промышленную составляющие, был самодостаточен и нес обоюдную ответственность в случае его неготовности по какой-либо причине.

При этом с заказчика спрос был суровее, чем с промышленности.

Ведь для того, чтобы создать необходимый научно-технический потенциал в отечественной промышленности, Минобороны России выделяются в рамках государственной программы вооружения большие финансовые ресурсы на соответствующие НИРы, ОКРы и базовые технологии. Кроме того, каждый этап создания перспективного вооружения, начиная от проектных изысканий и заканчивая изготовлением опытных образцов и проведением государственных испытаний, принимается заказчиком, и он обязан нести ответственность за их качественное выполнение и, наконец, за эффективное использование выделяемых бюджетных средств на эти цели.

При этом все этапы создания, производства и эксплуатации ВВСТ сопровождались жесткими и бескомпромиссными требованиями со стороны представителей и служб заказчика.

Эти жесткие требования заказчика обеспечивали, как правило, завершение ОКР приемом на вооружение создаваемой системы, комплекса, отдельного образца вооружения и в последующем их серийное изготовление. Сейчас же процент перехода опытно-конструкторских работ в серийное изготовление недопустимо мал, что свидетельствует о несвоевременном включении всякого рода санкций со стороны заказчика в первую очередь.

Существовала, если можно так назвать, система противовесов у самого заказчика, которая позволяла выявлять истинные причины отказов техники, являющиеся следствием неправильной эксплуатации в войсках или допущенным браком при производстве и низким военным контролем. Для этого у главнокомандующего РВСН было две структуры и два заместителя, которые всегда были непримиримы друг с другом. Одни отвечали за создание и испытание вооружения – ГУРВО, а другие за эксплуатацию – ГУЭРВ. При такой системе вооружения трудно было замазывать истинные причины ненормального состояния вооружения на всех этапах его жизненного цикла.

Строгий был спрос за качество и сроки создания вооружения со стороны высшего руководства страны и военно-промышленной комиссии, за плечами которых был большой опыт в этом процессе, что позволяло правильно ставить задачи и при необходимости принимать решительные меры при срывах этих сроков.

ОРГАНИЗАЦИОННОЕ ПОРАЖЕНИЕ

Сложившаяся же за последние 10 лет чехарда с заказываемыми структурами вооружения в Министерстве обороны – их переподчинение то начальнику вооружения Вооруженных сил, то командованию видов и родов войск, сокращение военпредов, сокращение и ликвидация военных испытателей на полигонах, космодромах, снижение потенциала или его потеря в военной науке, не позволяющей обеспечивать проведение независимой экспертизы при создании и испытаниях вооружения, – не могла не повлиять на создание вооружения и на отечественную оборонную промышленность в целом.

Таким образом, существовавший ранее эффективный военный контроль и научно-техническое сопровождение создания перспективного вооружения сегодня практически развалены. Потеряны профессионально подготовленные кадры.

Задача, поставленная Советом безопасности Российской Федерации в первые годы XXI века о создании единого заказывающего органа в Минобороны России, в принципе была правильная.

Ведь каждый главнокомандующий вида войск и командующий рода войск считают своим долгом и стремятся, чтобы при его руководстве войска только увеличивались, и поэтому принимали всяческие усилия для роста в боевом составе вооружения. И все необходимые рычаги и механизмы у главкомов для этого были, когда заказывающие структуры находились в их подчинении. Вывод их из подчинения видов и родов войск под единое руководство начальника вооружения ВС РФ мог бы улучшить положение дел с вооружением, выводя из боевого состава устаревшее и неэффективное вооружение, не боясь уменьшить численный состав войск. Но при этом должны быть сохранены все составляющие заказывающего органа: военпреды, полигоны и космодромы, НИУ МО. К сожалению, этого не произошло. Да и вместо уменьшения количества заказчиков в Минобороны их число реально увеличилось вдвое, так как заказывающие структуры одного вооружения (например, РВСН) частично ушли в подчинение начальника вооружения ВС РФ и частично были оставлены в роде войск.

Кроме того, отсутствовала какая-либо координация функционирования заказывающих органов между Минобороны и другими силовыми структурами.

ПОПЫТКИ ИСПРАВИТЬ ПОЛОЖЕНИЕ

Военно-промышленной комиссией при правительстве Российской Федерации было обращено внимание на разнящиеся, и довольно сильно, цены на закупку одноименных образцов вооружения и оборудования. В целях исключения этого был определен порядок, предусматривающий консолидированную закупку указанных средств для всех силовых структур по единой цене.

Причем этому предшествовала довольно напряженная и длительная работа межведомственной группы, в которую входили представители всех силовых структур и заинтересованных федеральных органов исполнительной власти под руководством Военно-промышленной комиссии. Несмотря на большое упорство силовиков (никто не хотел отдавать выделяемые финансовые ресурсы создаваемой структуре), убедительно было показано на очевидных примерах на необходимость создания единого заказывающего органа по вооружению и военной технике общего применения.

В последующем был принят Указ президента Российской Федерации от 5 февраля 2007 года № 119 «О федеральном агентстве по поставкам вооружения, военной, специальной техники и материальных средств».

На указанное агентство возлагались функции государственного заказчика по размещению заказов, заключению, оплате, контролю и учету выполнения контрактов по государственному оборонному заказу по всей номенклатуре вооружения, военной, специальной технике и материальным средствам, за исключением специальной техники по номенклатуре, определяемой государственными заказчиками по государственному оборонному заказу.

С 1 января 2008 года это агентство должно было обеспечить выполнение возложенных на него функций, имея не менее 1100 единиц численности работников (военнослужащих) Министерства обороны Российской Федерации, Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, Службы внешней разведки Российской Федерации, Федеральной службы безопасности Российской Федерации, Федеральной службы охраны Российской Федерации, Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков, Федеральной службы исполнения наказаний.

Однако до настоящего времени эта структура так и не начала функционировать, несмотря на дополнительно принятые указы президента Российской Федерации от 23 февраля 2008 года № 254 и от 14 мая 2010 года № 589.

При этом если изначально руководство агентством поручалось правительству Российской Федерации (пункт 2 Указа № 119), то теперь оно передано в ведение Министерства обороны Российской Федерации (пункт 1 Указа № 589), в котором образовано несколько структур, занимающихся государственным оборонным заказом и поставками ВВСТ.

Это может привести к «размыванию» ответственности за создание ВВСТ, если проводить конкурсы на право выполнения НИОКРов и заниматься серийным изготовлением будет одна структура, заключать контракты – другая, а обеспечивать выполнение контрактов и приемку продукции – третья.

Кроме того, вряд ли эти преобразования будут способствовать проведению единой технической политики в создании ВВСТ, снижению коррупционных связей, эффективному использованию выделяемых бюджетных средств на реализацию государственной программы вооружения.

А если во вновь принятой государственной программе вооружения объемы ассигнований на проведение НИР и ОКР будут предусмотрены незначительные (менее 10% от общих расходов на вооружение), то ожидать в дальнейшем создания перспективного вооружения в нашем отечестве, не уступающего или превосходящего по своим тактико-техническим характеристикам зарубежные образцы вооружения, не приходится.

В былые времена доля финансирования на разработку составляла от 30 до 50%, как, впрочем, и сейчас происходит в США. Это обеспечивало постоянную и планомерную работу научно-исследовательских институтов и конструкторских бюро ОПК и давало свои положительные результаты.

Все это, безусловно, влияет и на оборонную промышленность.

КАДРЫ И В САМОМ ДЕЛЕ РЕШАЮТ ВСЁ

Однако главный удар по промышленности был сделан в 90-е годы, когда стало ясно, что такие армады оружия государству не нужны и предприятия оборонного комплекса избыточны. В то же время, к сожалению, не была проведена ревизия ОПК. Все было пущено на самотек – кто выживет, тот останется. Диверсификацией оборонного производства стали заниматься сами руководители предприятий, пытаясь удержать профессионально подготовленных работников.

К сожалению, не всегда и не везде это удавалось сделать, много высококлассных специалистов не вернулось на производство, и сегодня этот пробел не ликвидирован.

Те, кто создал современные великие компании в мире, утверждают, что основной ускоритель роста – это не рынок, не технологии, не конкуренция. Фактор, который важнее всех остальных, – это способность найти и удержать нужных компании людей.

Сегодня в ОПК дефицит профессионально подготовленных работников на всех уровнях.

Одновременно со значительным сокращением производства ВВСТ стали сворачиваться предприятия, специализирующиеся на выпуске сырья, материалов, комплектующих, необходимых для изготовления ракет, самолетов, подводных лодок и другого вооружения. Причем эта проблема и сегодня не решена.

Это является одной из причин неудачных пусков морских межконтинентальных баллистических ракет «Булава», разработчиком которых является ФГУП «Московский институт теплотехники». И справляться с этой проблемой приходится ФГУП «МИТ» в одиночку, без участия государственного заказчика – Минобороны России.

Даже предложенный Военно-промышленной комиссией при правительстве Российской Федерации механизм заказа сырья, материалов и комплектующих через государственный оборонный заказ, обеспечивающий комплексный подход в решении проблем дефицита с участием заинтересованных федеральных органов исполнительной власти, госзаказчиков ВВСТ, головных исполнителей гособоронзаказа, ВПК и правительства Российской Федерации, был категорически отвергнут Минобороны России. И только самоотверженная работа самого разработчика – ФГУП «МИТ» – позволяет как-то решать эту проблему.

ЭЛЕКТРОНИКА – ГЛУБОКИЙ ПРОВАЛ

Еще более глубокая и чувствительная проблема, которая является определяющей в надежности и конкурентоспособности космической техники, – это электронная компонентная база.

Производимая отечественная элементная база в настоящее время не обеспечивает реализацию задаваемых требований, поэтому приходится использовать более 60% элементной базы иностранного производств, и, как правило, это сложные многофункциональные элементы, которые позволяют реализовывать технические требования, предъявляемые к бортовой аппаратуре.

На закупку высококачественной элементной базы зарубежного производства для России существуют экспортные ограничения, и для их преодоления требуется оформление соответствующих лицензий, выдаваемых Госдепом или Министерством торговли США. При этом нет никакой гарантии в получении лицензии на закупку этого элемента при последующей повторной закупке, и в этом случае нужно будет перерабатывать конструкторскую документацию на всю аппаратуру в целом и вновь выходить на получение лицензии на другой элемент.

Спецификой космического приборостроения является то, что разнообразие функциональных задач, выполняемых космическим аппаратом (КА), приводит к необходимости использования широкой номенклатуры типономиналов ЭКБ при крайне малой количественной потребности (по оценке, в 2008–2009 годах предприятиями Роскосмоса применялось более 6 тыс. типономиналов при количественной потребности десятки–сотни штук по каждой позиции). Широкая функциональная номенклатура ЭКБ требует при производстве применения разнообразных технологий, многие из которых уникальны и отсутствуют в нашей стране.

Таким образом, ключевая задача при создании отечественной ЭКБ для космического приборостроения – это обеспечение приемлемой стоимости малосерийного производства при безусловном обеспечении требований широкой номенклатуры, длительного жизненного цикла, надежности, стойкости к дестабилизирующим факторам космического пространства и отказоустойчивости.

Решение обозначенной задачи возможно, и положительный зарубежный опыт подтверждает это. Выпуск высоконадежных компонентов в небольшом количестве нерентабелен для крупных предприятий электронной промышленности, однако представляет весьма доходный и динамично развивающийся бизнес как для специализированных нишевых компаний (в США – Aeroflex, во Франции – 3D+), так и для специализированных подразделений крупных корпораций (BAE Systems Великобритания, General Dynamics США, Honeywell США). Мировым лидером в этой области является компания Aeroflex (имеющая партнеров в России, которые в состоянии обеспечить не только поставку компонентов, но и трансферт технологий), проводящая на своих мощностях сборочные и испытательные операции и поставку потребителям высоконадежных СБИС космического уровня качества. При этом в кооперации задействованы ведущие производители металлокерамических корпусов, кристаллов и специализированных материалов. Компания Aeroflex обеспечивает разработку специализированной ЭКБ, серийный выпуск кристаллов осуществляется на технологических линейках ведущих производителей.

ПУТИ РЕШЕНЯИ ПРОБЛЕМЫ

Решение задачи обеспечения ЭКБ в нашем государстве целесообразно осуществить путем комплексного подхода, включающего в себя разумное использование отечественных и импортных комплектующих, производственных мощностей существующих производителей ЭКБ, создание специализированных отраслевых производств специальной электронной продукции малых серий и интеграцию в мировой рынок как поставщика специализированной ЭКБ.

Создание отечественного производства современной ЭКБ еще обусловлено тем, что сложности интегральных микросхем очень быстро растут, что делает невозможным их исчерпывающее тестирование. Вместе с тем без их применения невозможно создать конкурентоспособные системы связи и управления, какие-либо электронные устройства, в состав которых входят микропроцессоры, играющие роль мозга.

Как оказалось, кроме программных вирусов угрозу таят и намеренно поврежденные в процессе производства микросхемы, одним словом, кибератаки возможны не только на программное обеспечение, но и на «железо». И можно предположить, что хорошо спланированная атака сможет спровоцировать экономический коллапс или парализовать важнейшие структуры армии или правительства.

В рамках Роскосмоса создана горизонтально интегрированная структура, головной организацией которой является ОАО «Российские космической системы», и объединившая в своем составе основные предприятия космического приборостроения, которые в первую очередь нуждаются в высоконадежной радиационно стойкой ЭКБ.

В этой связи логичным является дальнейшее развитие этой интегрированной структуры за счет включения в ее состав организаций, специализирующихся в области создания указанной ЭКБ и других приборостроительных организаций, не вошедших на первом этапе создания интегрированной структуры.

Такое решение было принято Роскосмосом на основании проведенных проработок и обоснований в ходе выполненного системного проекта, доложено Военно-промышленной комиссии при правительстве Российской Федерации и председателю правительства Российской Федерации, которым выданы конкретные поручения соответствующим федеральным органам исполнительной власти.

Экспертная оценка экономической эффективности объединения специализированных организаций в одной интегрированной структуре – ОАО «Российские космические системы» показывает, что ожидаемый годовой объем поставок элементов такой интегрированной структуры составит 3–4 млрд. руб. при общем годовом объеме закупок ЭКБ для ракетно-космической отрасли 10–12 млрд. руб., что позволит добиться экономии финансовых средств от сокращения закупок иностранной ЭКБ в отрасли до 30%, а также окупить затраты, понесенные на формирование инфраструктуры, в течение 5–6 лет.

Реализация настоящих предложений позволит обеспечить:

приемлемую стоимость ЭКБ при малосерийном производстве и при безусловном соблюдении требований длительного жизненного цикла, надежности, стойкости к дестабилизирующим факторам и отказоустойчивости, а также наличие широкой номенклатуры;

минимизацию закупок импортной ЭКБ;

увеличение рабочих мест, занятых в создании ЭКБ;

создание в ближнесрочной (3–4 года) перспективе необходимой номенклатуры высоконадежной ЭКБ для аппаратуры космического применения;

проведение единой технической политики при создании ЭКБ.

В целях гарантированного обеспечения российских предприятий – изготовителей космической техники высоконадежной элементной базой зарубежного производства (до развертывания отечественного специализированного производства) целесообразно рассмотреть вопрос о заключении между Российской Федерацией и США межправительственного соглашения о введении облегченного режима получения лицензии на приобретение ЭКБ серии Space.

Заключение такого соглашения можно было бы считать реальным проявлением доброй воли и адекватным ответом США хотя бы на поставки уже в течение 10 лет лучшего в мире в своем классе ракетного двигателя РД-180, созданного на предприятии Российского ОПК – НПО «Энергомаш» им. академика В.П.Глушко и устанавливаемого на ракетоносители «Атлас», выводящие на орбиты американские КА гражданского и военного назначения.

ЭФФЕКТ БЮРОКРАТА

Однако, несмотря на то что целесообразность принятия таких решений подтверждена руководством Роскосмоса, одобрена Военно-промышленной комиссией при правительстве Российской Федерации, даны соответствующие поручения председателя правительства Российской Федерации руководителям соответствующих федеральных органов исполнительной власти, исполнять их отдельные чиновники не спешат. И это объясняется очень просто. Некоторые руководители организаций, которые должны войти в интегрированную структуру, не хотят терять свою «самостийность» и, по всей видимости, личную выгоду. И даже совершенно ясные и безусловные преимущества, которые приобретаются при объединении, такие как общая производственная территория, охрана, синергетический эффект слияния производственного потенциала, различного рода общие коммуникации, в конечном счете – снижение накладных расходов и затрат, абсолютно их не волнуют.

Более того, они имеют поддержку, по всей видимости, некоторых чиновников-столоначальников, которые обладают достаточным аппаратным мастерством в формировании нужного для них мнения и мастерски используют свое исключительное телефонное право спецсвязи.

Другие чиновники, ссылаясь на сложившиеся стереотипы во взаимоотношениях с нашей страной, не очень хотят как-то напрягаться и добиваться преференций для нашего государства. Это касается подготовки межправительственного соглашения по гарантированной закупке радиационно стойкой ЭКБ импортного производства для космического приборостроения. А добросовестные чиновники, которые являются настоящими государственниками, не имеют зачастую необходимой поддержки и не могут должным образом влиять на складывающуюся ситуацию. При таких подходах трудно ожидать каких-либо прорывов в производственной деятельности оборонно-промышленного комплекса.

Одна из серьезнейших проблем, которая в последние годы отмечается в том числе и руководством страны, – сырьевая направленность экономического благополучия России.

Если мировая цена на нефть и газ высокая, то и у нас с пополнением бюджета все нормально и можем даже откладывать финансовые ресурсы в запас, а если цена упадет, тогда беда.

Безусловно, такое положение дел никого не устраивает. Поэтому президентом Российской Федерации и ставится вопрос технологической модернизации экономики, создания прорывных технологических проектов, в том числе фонда «Сколково».

Мне представляется целесообразным наряду с мерами, которые предпринимаются президентом Российской Федерации, правительством Российской Федерации, самое пристальное внимание обратить на оборонно-промышленный комплекс.

Ведь сама структура ОПК, вертикаль подчиненности федеральным органам исполнительной власти, правительству Российской Федерации и президенту Российской Федерации, возможность строгого контроля и жесткого спроса, если на это будут политическая воля и желание, имеющийся вполне приличный научный и технический потенциал по сравнению с другими и нерастраченный опыт взаимодействия с организациями Российской академии наук, выделяемые государством большие финансовые ресурсы и потребляемые организациями ОПК могли бы стать локомотивом социально-экономического развития страны.

Безусловно, основное внимание сейчас надо уделять кадрам. В условиях некоторой стагнации научно-технического потенциала оборонно-промышленного комплекса было бы целесообразно поднять авторитет работников, создающих перспективную и конкурентоспособную продукцию по сравнению с теми, кто только говорит о необходимости создания такой продукции. Пока что работники предприятий ОПК сильно зависят от мнений и часто субъективных подходов чиновников, на которых они вынуждены «выходить», решая возникающие производственные проблемы.

Зачастую чиновник, которого только что назначили на новое для него направление, «все знает» лучше любого специалиста, ученого и даже целых коллективов специалистов и принимает решения, как ему кажется, единственно правильные, нисколько не просчитывая последствия.

Поэтому часто у работников ОПК и бизнеса не хватает сил и терпения доказывать чиновникам очевидные вещи, и все остается как прежде или становится даже хуже. И в заключение хотелось бы подчеркнуть, что внимание и требовательность к отечественному оборонно-промышленному комплексу должны только возрастать, потому что вооружение на современном этапе имеет исключительное значение и нашей стране с огромными стратегическими запасами и мировым интересом к ним нельзя ориентироваться только на импортное вооружение.

Необходимо, пока еще не поздно, воссоздать зарекомендовавшую себя систему вооружения, может быть, с какими-то доработками, но обязательно включающую в себя структуры, имеющие «конфликт» интересов в создании техники. Задавать требования к ВВСТ и принимать на вооружение должны те, кто будет в последующем ее эксплуатировать, создавать и отрабатывать должны другие структуры.

Валерий Александрович Субботин - лауреат Государственной премии, доктор технических наук, генерал-лейтенант запаса, Независимая газета




Новости дня

Противник договора СНВ сенатор Кайл объявил о своем уходе в 2012 году

Министр юстиции Швеции гарантирует Ассанжу справедливость

Медведев велел регулярно проводить учения по антитеррору на транспорте

В Дагестане неизвестные попытались подорвать военный "Урал"

Ветераны и молодежь пикетировали японское генконсульство в Хабаровске

Лавров: Россия считает неприемлемыми заявления Японии о южных Курилах

Спецслужбы надеются выйти на Умарова

Опубликован Федеральный закон РФ "О военных судах"

Генерал Макаров обещал войскам обновить кадры

Командующий ВДВ генерал-лейтенант Владимир Шаманов вернулся в строй

Главу японского МИД в Москве встретили критикой действий Токио

Урезание бюджета Пентагона ставит под угрозу разработку новейшего оружия

Москва проигрывает конкурентную борьбу за индийский оружейный рынок



Авторизоваться | Зарегистрироваться